Уинслоу Хомер

.

Уинслоу  Хомер Хомер прошел незначительную художественную подготовку, скорее его можно считать самоучкой. Обучаясь в литографской мастерской в Бостоне, он приобрел навыки, позволившие ему работать иллюстраторам для еженедельных журналов. После переезда в 1859 году в Нью-Йорк, он до середины 1870-х был постоянным иллюстратором еженедельника «Харперс Уикли»< Когда началась Гражданская война, он был направлен на фронт военным художником. В эти годы он создал многочисленные рисунки со сценами лагерной жизни и сражений.
Его первые рисунки были неумелы и наивны, но постепенно он научился владеть силуэтом, приобрел умение сводить все к обобщенной выразительной форме, глубоко реалистической и пластически простой и ясной. Писать маслом он начал с 1862 года. Его первые картины маслом на деревенские и военные темы были тоже наивными и слабыми. Первая по-настоящему серьезная картина «Пленные с фронта» была закончена в 1862 году и в том же году показана на выставке в Национальной академии рисунка. Эта картина принесла ему широкую известность. В небольшой (всего 60×95 см), простой по композиции работе Хомер сумел очень ограниченными средствами, при минимальном количестве деталей, передать самую «соль» — гордое чувство победы в красивой и благородной фигуре молодого офицера армии северян и снисходительную жалость к пленным, к тому разношерстному сброду, из которого вербовалась армия южан-мятежников. Ничто не отвлекает внимания зрителя от главных действующих лиц драмы. Три растрепанных солдата-южанина стоят перед собранным, аккуратно одетым офицером северян Свет падает на лица и руки, оставляя остальную часть фигуры в тени. Ружья, лежащие на земле, говорят о сдаче, контрастируя с господствующей вертикалью картины — винтовкой в руках конвоира пленных. Своим уверенным реализмом картина резко контрастировал с сентиментальной условностью американской живописи того времени. Хомер достиг монументальной собранности и строгости композиции, с психологической зоркостью он дал живые, ярко индивидуальные и вместе с тем типизированные характеры всех изображенных на картине людей. Картина переросла границы бытового жанра, превратившись в историческую. В ранний период в его творчестве преобладали идиллические мотивы, — он писал реалистические жанровые сценки: радости сельской жизни, игры детей, прогулки верхом; проводников, рыбаков, охотников, сельскую школу и т.д. «Утренний колокол»(1866), «Деревенская школа» (1871), «Глостерская ферма» (1874), «Обеденный час», «В ожидании отца» (1873), «Время дойки коров» (1875) — непритязательные сцены, изображающие обычных людей, делающих свои обычные ежедневные дела.

Он проявлял интерес ко всему, что изображал, но не допускал сентиментальности.
Хомер никогда не интересовался жизнью буржуазной верхушки, находя свои лирические или героические образы среди простых людей. Ряд своих работ он посвятил неграм, изображая их с большой симпатией: «Сборщики хлопка» (1876), «Воскресное утро в Виргинии» (1877), «Карнавал» (1877).
Буржуазная публика встречала произведения Хомера с возрастающим раздражением. Ее официальные «художественные жрецы» — критики — издевались над художником. Его сюжеты оскорбляли «благородные» вкусы «позолоченного века». В глазах Генри Джеймса, критика и писателя, его современника, произведения Хомера были безнадежно незаконченными и уродливыми. В 1875 г. он писал в своей критической статье, опубликованной в журнале «Галакси: «… Мистер Хомер не обращает внимания на та­кой пустяк, как различие между красотой и безобразием. Его единственная забота — рисовать то, что он видит; думать о том, как нарисовать предмет более изящно, отбирать, воображать, рафинировать — всем этим художник полностью пренебрегает. Он варварски прост и на наш взгляд ужасно безобразен. Мы откровенно признаем, что питаем отвращение и к его сюжетам — к его скучным заборам из жердей, к его кричаще яркому голому небу, к его большим, отчаянно скучным пустым лугам, к его веснушчатым, прямоволосым мальчишкам-янки, к его плоскогрудым девицам, которые наводят на мысль о деревенских пирогах, к его ситцевым шляпам, фланелевым рубашкам и сыромятным сапогам. Мистер Хомер выбирает самые не живописные стороны самого неживописного круга цивилизации и природы и трактует их, как будто бы они были столь же хороши и живописны, как Капри или Танжер».

В семидесятые-восьмидесятые годы искусство Хомера достигло зрелости. Если некоторые из его ранних работ были наивными, литературно-описательными, те­перь главную роль выполняют живописные средства, совершенствуется колористи­ческий строй, он становится богаче и эмоциональнее, композиция — более простой и собранной, образы типизированными. В работах зрелого периода художник перешел к изображению жизни моряков, лесорубов, проводников, рыбаков. Как правило человек противопоставлен стихии природы, леса или моря.

Сельская жизнь была одной из любимых тем Хомера в семидесятые годы. Его интересовали люди, сохранившие связь с природой, живущие естественной жизнью среди природы, их труд и отдых. В работах этих лет он часто обращался к женщине и детям, женщин он изображал гуляющими, собирающими цветы, отдыхающими в гамаке, читающими, вышивающими или занятыми другими легкими женскими занятиями. Они молоды, обаятельны, наделены цветущим здоровьем и красотой, но без идеализации и сентиментальности. Много картин посвящено детям, детским проказам шалостям, играм. Он писал их также без сентиментальности или снисходительности столь присущим жанровым сценам с детьми у художников того периода. У Хомера простой, свежий, понимающий взгляд на детские радости. «Щелкни, хлыстик (1872) — одно из самых популярных и живых полотен. Содержанием картины является сама игра, все посторонние детали, могущие отвлечь внимание зрителя, исключены.
Зрителей нет, и опустевшее школьное здание служит просто задником. Волнообразный узор рывка и контррывка, который создается телами в движении и другими фигурами, останавливающими это движение, интересует художника боль­ше, чем обрисовка индивидуальных черт или характеров. Возможно, знакомство с японскими гравюрами помогло художнику создать такую простую узорную компо­зицию. В сцене, изображенной в картине «Свежеет» (1876), также участвуют дети. Трое мальчишек возвращаются вместе с рыбаком после рыбалки в море. День кончается, ветер свежеет, в парусной лодке с дневным уловом рыбаки спешат к берегу. Это обычное событие изображено просто и выразительно. Все детали ясно и четко пока­заны: металлические части лодки, сверкающие на солнце, такелаж, блестящая серая рыба, помятая одежда мальчишек. Особенно хорошо передан световой эффект на волнах и на брызгах, которые отбрасывает лодка. Картина выражает больше, чем точный репортаж, она создает настроение, заставляет нас почти почувствовать жар­кое солнце и свежий бриз, почти ощутить соленый воздух. Ярко освещенные участ­ки в контрасте с темными приглушенными тонами создают иллюзию вечера, когда солнце садится, но все еще светло. Передано и быстрое движение лодки, и настрое­ние мальчиков и рыбака, которые отдыхают на солнце; и наслаждаются быстрым движением лодки.

В семидесятые годы Хомер заинтересовался техникой акварели. Он писал акварели в Адирондаке, в Мэне, в Канаде, на Бермудах и во Флориде. Он стал одним из лучших акварелистов Америки. В своих замечательных работах этого периода он создал целую вереницу мужественных людей, связанных с природой. Моряки, лесо­рубы, охотники, негры, рыбаки изображены художником в их труде и борьбе с при­родой. Особенно образной силой и красотой отличаются его поздние акварели — «сияющий и переливающийся поток горячих, насыщенных красок, образующих удивительную по красоте цветовую гармонию» (А.Д. Чегодаев).

Особенно хороши «Пьющий олень» (1892), «Через речные пороги» (1902), «Гнезд скопы» (1902), «Старые друзья» (1894), «Рам Кей» (1899), «Норковый пруд»(1891).

Столь выдающимися картины Хомера делает не тематика — леса, озера, реки, охотники и рыбаки,тропические воды и негры, — но их простота и свобода, прозрачность, яркость, необыкновенное чувство цвета, восторг физического восприятия Деталям уделяется меньше внимания, формы обобщаются, лирическое настроение уступает место эпическому, сильнее звучат драматические ноты. Некоторые изего лучших картин посвящены теме борьбы человека со стихией: «Гольфстрим» (1899), «Кораблекрушение» (1896), «Целующие луну» (1904), «Восемь склянок» (1886), «Нить жизни» (1884), «Туман предупреждает» (1885), «Селедочная » (1855), «Откат — обратный прибойный поток» (1886), «Потерянные на Бельгийской отмели»

В возрасте 45 лет, в 1881 году, о второй раз уехал за границу. На этот раз — в Англию. Эта поездка имела на него более глубокое влияние, чем пребывание во Франции пятнадцатью годами ранее. В Англии он поселился недалеко от рыбацкого городка Тайнмута на Северном море и провел там около двух лет. Здесь он впервые начал рисовать море и людей, которых оно кормило. Занимаясь почти исключитель­но акварелью и рисунком, он создал десятки картин с фигурами рыбаков, преиму­щественно женщин. Его элегантные молодые леди остались в прошлом, жены рыба­ков были крепкие женщины, выполнявшие мужскую работу, разгружая лодки и ре­монтируя сети. Эта часть восточного побережья славилась бурями и кораблекруше­ниями, и работы его показывают, что он хорошо прочувствовал мощь и опасность моря.

Через год после возвращения на родину, в 1863 году, он покинул Нью-Йорк навсегда и поселился на побережье штата Мэн, в Праутс Неке на унылом скалистом полуострове. С этого времени его искусство фундаментально изменилось. Идилли­ческий мир досуга, детства и фермерской жизни исчез. Эти перемены отчетливо про­ступают в серии морских картин, в которых действующими лицами являются ,человек и море. Повторяющейся темой этих работ стала опасность морской стихии и драма борь­бы человека с ней, в некоторых из этих картин литературно-повествовательный эле­мент

играет большую роль, чем в его прежних картинах. Тем не менее, картины эти говорили на чисто изобразительном языке, и в них не было ни капли сентименталь­ности или тривиальности, характерных для большинства описательных картин того времени. Содержанием картин Хомера является противоборство человека с силами природы. Их драматическое воздействие и реалистическая убедительность завоева­ла им постоянное место среди живописных эпических поэм моря. В 90-е годы искусство Хомера достигло наивысшей зрелости и художественного совершенства. Оно стало резче, смелее, внешне грубее, но внутренне собраннее и строже. На эти годы приходятся самые лучшие и сильные картины «Охотник и со­баки» (1891), «Буря» (1893), «Охотник и гончая» (1892),

«Кораблекрушение» (1896), «Впередсмотрящий — Все нормально» (1896), «Гольфстрим» (1899). Ху­дожник продолжал изображать взаимоотношения между человеком и непокорным морем.

В одном из шедевров этих лет «Впередсмотрящий — Все нормально» он сум­мировал, кажется, всю тайну морской профессии в нескольких простых, но ярких символах: медный колокол, отливающий медью на фоне ясного ночного неба со звез­дами, несколько натянутых вертикально веревок, суммарно обозначенный леер ко­рабля с небольшим участком бурного моря за ним и верхняя часть фигуры моряка в дождевом плаще — вот все, что видит зритель.Между тем, зритель убежден в существовании большого корабля. Хотя полотно картины неподвижно, зрителю кажется,что изображение вздымается на волнах. Чувствуется ширь океана вокруг корабля и изумление оттого, что человек движется по этим бескрайним серым просторам. Особенной образной силой отличается драматическая композиция «Гольфстрим.

«Уинсолоу Хомер Гольфстрим» width=»800″ height=»475″ /> Уинсолоу Хомер Гольфстрим

Из всех поздних произведений Хомера, показывающих человека в борьбе со стихи­ей, это — вершина художественного творчества художника, один из величайших шедевров, созданных когда-либо в Америке. Картина изображает трагедию на море: негр-рыбак лежит в полубессознательном состоянии на палубе небольшой лодки, у которой бурей сорваны паруса и сломана мачта. Приближается водяной смерч. Вокруг лодки молотят воду акулы, ожидая, когда все еще живое, но беспомощное тело будет сброшено к ним в бурлящую воду. Несколько деталей — сломанная мачта, ярко-красные

пятна на воде и акулы — создают рассказ, который зрителю предлагается закончить. Идиллический пейзаж южного моря (любимые Хомером Флорида Киз, куда часто ездил художник зимой отдыхать и рисовать акварели и этюды для своих картин) придает особый оттенок этой трагической истории. Теплая, ярко освещенная солнцем вода с богатой игрой синих и зеленых тонов выразительно написана густыми ритмическими мазками, реалистические «портреты» акул —результат многочасовых наблюдений художника.

Как и во многих других картинах («Свежеет», например), художник придает лодке наклонное положение, образуя диагональ, которая должна «втянуть» зрителя прямо в картину. Но покинутый черный моряк отрезан от нас темными волнами на переднем плане. Ему угрожает также водяной смерч, идущий сзади. Нет надежды на спасение со стороны корабля, проходящего вдалеке на горизонте.

В этой картине талант художника проявился полностью и могуче. Хомер выбрал чрезвычайно загадочный и дразнящий эпизод, морскую загадку, которая навсегда вошла в область неразрешимых тайн, это откровенно рассказывающая картина, или, вернее сказать, «подсказывающая», так как художник объяснение событий оставляет зрителю. Когда картина была впервые показана на выставке, некоторые зрители, особенно старые дамы, обвинили художника в жестоком обращении с героем своей картины. Художник вынужден был дать объяснения. Он саркастически заявил, что бедный негр не умер от голода. Его не съели акулы. Водяной вихрь не задел его. Он был спасен проходящим кораблем.
В последние годы жизни Хомер писал преимущественно пейзажи, в основном, морские. Главной темой его искусства стало само море; драма борьбы человека с морем уступила место драме океана, его нескончаемой битве с землей. С неподражаемой экспрессией он воссоздает битву прибоя со скалистыми берегами. Большинство прежних художников изображали море романтически, как зрелище курчавых волн. Хомер берет нас на поле боя между морем и скалами, он заставляет нас почувствовать вес и мощь волны, и твердость скалы, силу удара. Его морские картины —уникальное воплощение мощи, опасности и красоты моря.

Эта запись была опубликована в Художники. Постоянная ссылка.

Комментирование запрещено.