Чарльз Диккенс

.

Чарльз Диккенс Диккенс великий английский писатель. Детство и юность этого человека были омрачены испытаниями. Отец писателя постоянно делал долги, жил не по средствам и наконец, попал в долговую тюрьму Маршалси. В те месяцы, которые провел Диккенс на фабрике и последующие годы, связанные с пребыванием отца в долговой тюрьме, у Диккенса сложилась твердая решимость добиться успеха, неважно как много усилий и самоотвержения потребуется для этого. Когда он работал в адвокатской конторе, он выучился стенографии и затем стал журналистом фрилансером. Работая очень много и постоянно занимаясь самообразованием, он вел репортажи из Парламента. Эта деятельность дала ему обильный материал для будущих романов.

Герои его часто несуразные и внешне нелепые: Ногс из «Николаса Никльби», капитан Катль из «Домби и сына», Томас Пинч из «Мартина Чезлвита» мистер Микобер из «Давида Каперфильда» — чудаки, простаки, бедняки. Но какое чудо сотворил Диккенс: эти люди так полюбились нам, так смягчали нам наши горести и дали пример мужества и благородства. История фантастического успеха Кита по службе, доброта его хозяев, их помощь и поддержка и Киту и легкомысленному мистеру Свивеллеру — все это скорее из сферы мечты — мечты о добрых благородных человеческих мотивах и взаимоотношениях. Эти господа так же трогательны, как и чета братьев близнецов, принявших и обласкавших Николаса Никльби и его семью после всех несчастий, постигших их. Все эти истории о дружбе совсем разных людей, неравных по происхождению и образованию, но связанных обстоятельствами, и обретших друг в друге добрых хороших друзей, как они волновали и воодушевляли. Можно было бы сказать, что Диккенс сочинял милые истории – фантазии о человеческих отношениях, которых не бывает в жизни… Особенно сейчас, когда мир так изменился. Но среди его героев такое количество разнообразнейших типов и столько метко подмеченных слабостей, странностей и подлостей, выписанных весьма правдиво и натурально. Но не о них… Дом мистера Пеготти в виде корабля. И море в Ярмуте, и запах водорослей и устриц, и яхты красавцы. В СССР не праздновался такой праздник как Рождество. Религией государства был атеизм. Но Рождество, почему — то очень влекло. Такое, какое праздновали в усадьбе мистера Уордля, мистер Пиквик и вся остальная компания. Милые церемонии, этикет, приятные манеры, шутки, пудинги, пунш, ветки омелы и поцелуи — праздник!

Йоркширские школы Диккенса тоже волновали. Казенный, бездушный и лживый дух советской школы с барабанным боем, с галстуками, салютами, где простой человечности отводилось так мало места. Как же вдохновлял Николас Никльби, пожалевший несчастного мальчика, никому не нужного и забитого ученика Сквирса.

Самые простые люди предстают у Диккенса благородными и возвышенными душами. Мистер Пеготти разыскавший и спасший свою обманутую племянницу, Сэм Уэллер, преданный мистеру Пиквику, «человек огня», приютивший Нелл с дедом у горна на заводе в «Лавке древностей». Смешной и напыщенный мистер Микобер бросает все сдвои дела, что бы вывести на чистую воду мошенника и подлеца Урию Хипа. Дружбы у Диккенса – это не совместное время провождение и визиты по праздникам. Друзья у Диккенса идут на самые тяжелые испытания, чтобы спасти друга, или восстановить справедливость. Эстер Саммерсон в «Холодном доме» постоянно помогает всем — кому только возможно помочь. Часто Диккенс перешагивает рамки возможного, и его герои становятся фантастически благородными. Но Диккенс не исследователь-он художник – и в его руках могучий инструмент –его талант. Человек немолодой, я читаю историю бедного брошенного всеми Джо, из «Холодного дома». Джо умирает. И Диккенс сравнивает его уход с движением старой скрипучей тележки, ход которой замедляется. Джо становится хуже, и тележка едет медленнее. Это сравнение придает событию высоту и драматичность. Ведь Джо всего лишь нищий сирота. Никто. Сцена превращается из эпизода заурядной смерти бродяги в призыв к милосердию, который потрясает, долго обращается к совести, такой легкомысленной и забывчивой иногда.

Диккенс один из величайших со чувственников и человеколюбцев. Многие и многие, за исключением кроме отъявленных злодеев, находят у него свою порцию сострадания.

Ну и конечно мистер Пиквик. Родители принимали гостей. Всегда в любое время. У отца с его второй женой собирались дети, внуки, наши друзья. Отец любил шутить, делать небольшие подарки гостям. Был обаятелен, весел и простодушен. Боролся за справедливость. Как то он защищал женщину от хулиганов. Получил множество ножевых ран в голову. Принимал гостей с мягкостью тона, дружелюбием и весельем. Был, конечно, знатоком англосаксонской культуры. И кое-что отложилось на его манерах и поведении. Все это дало повод нашему знакомому назвать Ивана Петровича «Вторым мистером Пиквиком». Так что «пиквикианство»-заразительное явление.

Эта запись была опубликована в Писатели. Постоянная ссылка.

Комментирование запрещено.